ЗАГАДКИ И ТАЙНЫ ХХ ВЕКА


НЕНАЙДЕННЫЕ СОКРОВИЩА


СОКРОВИЩА ТРЕТЬЕГО РЕЙХА


ПО СЛЕДАМ ЯНТАРНОЙ КОМНАТЫ

Александр БИРЮК

ИЗ КНИГИ "ПО СЛЕДАМ НЕНАЙДЕННЫХ СОКРОВИЩ"

 

…Сегодня речь у нас пойдет не о конкретных сокровищах, а о кладах, их заключающих. Еще каких-то полвека назад эти сокровища радовали глаз людской - их созерцали с восторгом и удивлением как настоящие ценители красоты, так и простые люди, составляющие основу праздношатающейся по музеям и галереям предвоенной Европы публики. Но с того самого трагического момента, как на эти сокровища мировой культуры наложили свою лапу хапуги-нацисты, весь мир имеет о них теперь самое смутное представление. После войны некоторые из них были отысканы в тайных хранилищах и вернулись на свои законные места, однако судьбы остальных весьма и весьма туманны. Среди них такие шедевры, как Янтарная Комната, основные фрагменты которой были подарены почти три века назад русскому царю Петру I королем одного из германских государств, знаменитая коллекция золотого и серебряного оружия богатого польского рыцаря Якова Сосновицкого, полотна выдающихся художников-мастеров эпохи Возрождения и более поздних времен... Можно уже даже не говорить о многих тысячах тонн ювелирных изделий, ограненных алмазов и прочих мелких вещах кропотливой ручной работы, представляющих историческую, и даже научную ценность. Но чем больше проходит времени после окончания войны, тем меньше шансов остается на то, что эти сокровища будут когда-то отысканы. Однако многие из них без сомнения еще существуют, и реально могут быть обнаружены в каких-то тайниках. Вот только где находятся эти тайники, в которых они хранятся?

ГДЕ? - спросим мы, но толкового ответа не услышим. Впрочем, кое-что начинает проясняться уже сейчас, а кое о чем можно утверждать с довольно высокой степенью достоверности. Что это за утверждения, и в какой форме они проявляются - речь в данном труде.

...Существует легенда о том, что когда одного из многочисленных секретарей бывшего нацистского министерства культуры Вальтера Штрауба после капитуляции Германии на допросе спросили, что ему известно о том, где конкретно можно отыскать спрятанные немцами сокровища, он вдруг загадочно ответил: “Ищите на дне морском”. Не добившись от этого чиновника более вразумительного ответа, американский следователь решил перенести допрос на следующий день, чтобы подготовиться к нему более тщательно. Но до следующего дня проболтавшийся немец не дожил: кто-то подмешал ему в миску с ужином отраву.

История эта общеизвестна. После этого случая союзники принялись допрашивать остальных работников министерства, и некоторых даже с пристрастием, но у них ничего не вышло. Возможно, примени они гестаповские методы, они чего-то и добились бы, но вы сами прекрасно понимаете... К тому же почти всех работников министерства вскоре пришлось выпустить из тюрьмы - на них не распространялись статьи Гаагских конвенций о военных преступлениях. Эта история так и осталась загадкой. Слова безвременно почившего Штрауба подвигли союзников на некоторые немедленные действия, связанные с поисками сокровищ на дне морском, но дно морское - это вам не открытое поле. Было ясно, что для начала надо искать не сами сокровища, а людей, которые их прятали.

Проходили годы, а “со дна морского” не было извлечено ничего, хоть отдаленно напоминающего умыкнутые гитлеровцами шедевры. Одно десятилетие сменялось другим, и вот наступил момент, когда некоторые детали волнующей всех тайны начали проявляться.

 

…В 1997 году в голландском журнале “Шпунк” появился материал о том, как после войны на побережье Северного моря в районе немецкого города Фейдхавен англичанами был найден заброшенный секретный завод по производству отдельных частей для новейших фашистских субмарин. Помимо этих самых частей англичане обнаружили еще некоторые вещи, которые к производству подводных лодок имели отношение весьма отдаленное. Это были тонкие и очень прочные стальные канаты длиной от тысячи метров до двух, и даже трех тысяч, а также десятка два запаивающихся цилиндров внутренним объёмом по нескольку кубометров каждый. Когда цилиндры с великими предосторожностями раскрыли, то ничего в них не обнаружили. Однако было ясно, что цилиндры эти имеют к канатам самое непосредственное отношение - и на тех и на других стояли идентичные друг другу механические замки, с помощью которых они друг к другу присоединялись. Нашлись светлые головы, которые предположили, что цилиндры эти предназначались для использования на очень больших глубинах. Дальше в своих догадках, однако, они не пошли. До тех самых пор, пока в подвалах завода они не обнаружили многотонные чугунные глыбы, оборудованные теми же замками, что цилиндры и канаты.

Теперь все стало на свои места. Оказывается, цилиндры должны были прикрепляться к этим глыбам, которые являлись самыми натуральными “грузилами”, удерживающими стальной цилиндр с заключенным в нем воздушным пузырем на глубине, а канат крепился к крышке цилиндра и шел наверх, к поверхности моря. Тут воображение англичан снова забуксовало, а фантазия американских специалистов, к которым англичане обратились за консультациями, тоже мало помогла им в этом запутанном деле...

Итак, оккупационные власти как ни старались, а не смогли найти никого, кто хоть как-то был связан с производством на этом заводе, и потому тайна “грузил”, цилиндров и остальных многокилометровых канатов до конца так и не была раскрыта. Выдвигалось множество версий, и некоторые из них не были лишены определенного остроумия, однако ответить на интересующий всех вопрос однозначно так никто и не смог.

Полученное сообщение заинтересовало, редакцию бельгийского журнала “Тайные истории”, потому что в ее распоряжении уже имелись некоторые сведения, касавшиеся упомянутых загадочных цилиндров. Это была история, рассказанная одним бывшим немецким подводником по имени Гельмут Фразе, и из нее явствовало, что когда он в 1944 году проходил службу в кригсмарине (ВМФ третьего рейха) на подводной лодке, ему довелось принять участие в довольно странном эксперименте.

Дело касалось испытания весьма интересного механизма, истинного предназначения которого никому из моряков узнать так и не пришлось. По словам рассказчика, это был большой буй, снабженный аккумулятором повышенной мощности и каким-то радиоэлектронным оборудованием. Буй крепился ко дну моря минрепом (*1), взятым со склада глубоководных мин, но крепился так, что был скрыт под поверхностью моря на 20 или 30 метров. Этот загадочный буй вместе с минрепом и стандартными “башмаками” (грузилами), выбрасывался в море в произвольно взятой точке, после чего необходимо было в кратчайший срок снова отыскать его, используя секретную аппаратуру, доступ к которой имел только офицер-особист, прикомандированный на лодку на время испытаний. Все моряки полагали, что испытывается корпус какой-то новой мины, и потому ненужных вопросов ни у кого тогда не возникало. Только с годами у Фразе стало складываться впечатление, что вовсе не мины интересовали того особиста, руководившего испытаниями. Гвоздем всей программы, вероятнее всего, был только сам механизм, позволявший с помощью радио или какого-то гидроакустического прибора, установленного на подлодке, отыскать этот буй в пучине моря.

Но самым загадочным во всей этой истории было то, что бывший подводник после этого никогда больше не встречал никаких упоминаний о том странном приспособлении. После войны в мировой печати были освещены практически все секреты нацистов, касающиеся разработок новейших типов оружия, однако Фразе, как ни старался, а на интересующую его информацию выйти не мог.

Итак, что это был за буй? Если сопоставить рассказ немецкого подводника с тем, что промелькнуло в голландском журнале, то можно с приблизительной точностью произвести “реконструкцию” этого таинственного аппарата. Представим себе довольно простую, но надежную конструкцию, состоящую, с одной стороны, из пустотелого цилиндра со стенками, которые могли выдерживать давление на многокилометровой глубине, удерживаемого на этой глубине многотонным грузом, а с другой стороны - этот странный буй, устроенный так, чтобы его не было видно с поверхности моря, и даже с самолета, но чтобы при надобности его можно было отыскать в океанских просторах с помощью специальной аппаратуры. И цилиндр, и буй связывал длинный стальной канат.

Предназначение этого устройства несколько прояснилось, вот только непонятно было, ЧТО ИМЕННО собирались прятать в этих цилиндрах на дне океана нацисты? Конечно, сам собой напрашивался вывод о ненайденных ценностях, умыкнутых гитлеровцами во время войны, хотя с некоторых точек зрения эта идея и могла показаться недостаточно серьёзной. Кому, спрашивается, взбредет в голову прятать сокровища на дне океана, используя такой громоздкий и не обеспечивающий в полной мере секретности метод, когда и на суше имеется вполне достаточно укромных мест, пригодных для оборудования вполне надежных тайников? Но, как показало время, многие фашистские клады сокровищ и склады секретных документов на суше в конце концов были отысканы, ну а самых главных ценностей все же не хватало...

Между тем события развивались своей чередой. Совсем недавно в американском издании “Журнал для отдыха” (Филадельфия), появилась статья некоего Р. Грэхема, которая называлась вполне в духе этого журнала: “Бриллианты от Морского Царя”. Грэхем вполне авторитетно описывал свою встречу с одним богатым англичанином по имени Ровен Гилберт, который рассказал американцу историю свалившегося на него богатства. Кое-кому эта история может показаться чистой фантастикой, но учитывая информацию, полученную в свое время журналами “Шпунк” и “Тайные истории”, рассказ Ровена Гилберта в пересказе Грэхема стоит того, чтобы привести его здесь целиком...

 

“...Итак, в один прекрасный день мой старинный английский друг Анатоль С. - начинает американец, - познакомил меня с человеком, чья судьба может законно лечь в основу великолепного приключенческо-детективного романа. Этого человека звали Ровен Гилберт (имя и некоторые подробности биографии этого человека мною изменены), и он - богатый джентльмен из Брайтона. Впрочем, происхождение у этого Гилберта было отнюдь не джентльменское. По его личному признанию, он родился в семье потомственного рабочего лондонской судоверфи, и до того, как стать ДЖЕНТЛЬМЕНОМ, сам гнул спину на “проклятых капиталистов”. Удачу в жизни ему принесла одна счастливая находка, про которую он рассказал мне с некоторыми оговорками, когда мы сидели на веранде его огромного дома на берегу пролива Па-де-Кале и доканчивали очередную бутылку чудного ямайского рома, который его слуга-негр, одетый в экзотическую ливрею образца ХVIII столетия таскал нам из винного подвала...

Дело было так. Лет за двадцать до описываемого разговора, когда Ровену стукнуло что-то около сорока лет, он подался на заработки на север страны. Недалеко от шотландского города Абердин строился большой нефтеперерабатывающий завод, и кто-то из родственников, занятых на этой стройке, позвал Гилберта подзаработать. Гилберт не стал отказываться, он приехал на стройку и поселился с семьёй в небольшом домике, снятом на вырученные в качестве аванса деньги. Примерно через два месяца произошло следующее событие: когда одним воскресным утром Гилберт прогуливался со своей собакой по берегу Северного моря, его внимание привлек какой-то предмет, прибитый волнами прилива к завалившим дикий пляж скалам. Спустившись к самой воде, Гилберт осмотрел, как мог, предмет, который представлял собой большой металлический цилиндр, достигавший двух метров в длину и почти полутора в поперечнике. На мину предмет не был похож - Гилберт знал толк в минах, потому что в свое время проходил флотскую подготовку именно на тральщиках. Почувствовав, что внутри цилиндра может скрываться нечто интересное, Гилберт попытался этот цилиндр вскрыть. Он перепробовал кучу способов, но все было тщетно. Крепкий металл не брала никакая пила. Заинтригованный таким “крепким орешком”, упертый англичанин решился наконец потратить значительную сумму, отложенную им на черный день, чтобы взять в аренду старый грузовик. Цилиндр весил немало, и потому пришлось еще раскошелиться, чтобы установить в машине лебедку. В конце концов Гилберту удалось втащить свою находку в кузов автомобиля и отвезти ее домой.

Последним приобретением Гилберта на кровные заработанные тяжким трудом деньги был газосварочный аппарат. Будущий джентльмен подробно изучил правила пользования этой штукой по прилагаемой инструкции, а потом медленно и осторожно разрезал найденную “железяку” на две части. С этого самого момента вся дальнейшая жизнь Рована Гилберта буквально переворачивается с ног на голову. То, что он обнаружил внутри разрезанного цилиндра, повергло его даже не в изумление, а в самый настоящий, неописуемый ужас...

...Такого количества драгоценностей, сосредоточенных в одной куче, Гилберт не видел даже в кино про сокровища вождей Атлантиды. Парень он был с мозгами, и потому после недолгих раздумий он разделил все сокровища на множество частей и припрятал их в самых укромных уголках по всей округе. С трудом он дождался окончания строительства завода, чтобы получить законный расчет, и не вызывая ни у кого никаких подозрений, покинуть Шотландию. Для начала ему было необходимо легализовать хоть часть своих сокровищ, и Гилберт придумал, как это сделать надлежащим образом. Оно отобрал бриллиантов на сумму около 50 тысяч фунтов стерлингов (ничтожная часть найденного богатства!), переехал в Уэльс и инсценировал находку на пляже в песке старинного сундучка с драгоценностями. Он сдал “клад” государству и по закону получил его немалую часть. С такими делами можно было позаботиться и об остальных сокровищах...

Гилберт с семьёй переезжает в Америку и основывает в Ньюаркете неподалеку от Дирборна фирму по ремонту легковых автомобилей. Конечно, это только прикрытие - Гилберта не влечет перспектива заниматься бизнесом в каких бы то ни было формах, но англичанину попался толковый помощник, который со временем став управляющим новообразованной фирмы, повел ее дела резко в гору. Этот факт позволил Гилберту расслабиться и вернуться в Англию за оставшимися сокровищами, к тому же ему в Америке не нравится, и потому редкие его посещения американского континента носят сугубо деловой характер. Путем несложных махинаций он обналичивает часть своих “алмазных запасов” и передает в распоряжение управляющего компанией в Ньюаркете все больше средств. Фирма вскоре становится процветающей автомобилестроительной корпорацией, и управляющий превращается в главу совета директоров.

Производство расширяется. На каком-то этапе Гилберт выпустил акции, и тут же скупил довольно значительную их часть. Попутно он приобретает акции многих других процветающих корпораций, и дело теперь полностью, что называется, “в шляпе”. Англичанин получил возможность вполне легально и без всяких подозрений со стороны государства и мафии обналичивать свои “алмазные запасы”. Гилберт наконец-то стал джентльменом, о чем только могли мечтать все его предки вплоть до десятого колена. Большая часть бриллиантов, так и невостребованная, до сих пор покоится в лесных и болотных тайниках, разбросанных по всей Англии - это запасы “на черный день”. Кое-что Гилберт для успокоения совести пустил на благотворительные дела, кое-что тайно поместил в банковские сейфы, но основное богатство сохраняется в неприкосновенном, так сказать в “девственном” виде. Рован Гилберт до сих пор не имеет понятия о том, ОТКУДА взялся этот волшебный цилиндр, и КОМУ принадлежали бриллианты, заключенные в нем.

Я поинтересовался у англичанина судьбой самого цилиндра, но новоявленный джентльмен с сожалением сообщил мне, что остатки его разрезал и выкинул далеко в море в глубоком месте, когда заметал следы. Но он как смог подробней нарисовал мне этот цилиндр и его детали на бумаге”.

 

…К сожалению в журнале эти рисунки не присутствовали, но сделанное Гилбертом описание странного цилиндра - форма, размеры и вес, а также конструкция замков - полностью совпали с описанием, приведенным в “Шпунке”. Картина начинала проясняться.

Благодаря трем вышеприведенным историям, по большому счету никак не связанным друг с другом, можно теперь вполне конкретно предположить, ГДЕ ИМЕННО нацисты могли спрятать главную часть награбленных ими в войну сокровищ. Конечно же, это было очень хитроумно. Ну кто, скажите, станет после войны искать какие-то подводные буи в бескрайних просторах океана, даже если и будет знать о существовании всей этой системы? По задумке авторов драгоценности запаивались в герметичный цилиндр, подобный тому, что нашел Рован Гилберт, к цилиндру прикреплялся тяжелый груз, а с другой стороны - тонкий, но крепкий стальной канат, способный выдерживать запредельные нагрузки и длина которого зависела от того, в каком именно месте и на какой именно глубине предполагалось затопить тайник. После затопления верхний конец каната удерживался на плаву буем - такой же самый буй описал бывший немецкий подводник Гельмут Фразе. Система выглядела весьма надежно, по словам немца, буй был снабжен каким-то передающим гидроакустическим устройством, питающимся не от обычного аккумулятора, а от так называемой “вечной батареи”, принцип действия которой основан на использовании разницы температур поверхностного и придонного слоев воды. Лицо, во владении которого находилась информация хотя бы о приблизительных координатах буя, и которое имело такое секретное устройство, на посылаемые которым радио- или акустические сигналы “отзывался” буй, могло бы быстро этот самый буй отыскать. Правда, могли возникнуть затруднения с подъемом на поверхность цилиндров, но эти проблемы носили чисто технический характер и не имели особо принципиального значения...

Во всей этой истории беспокоит другое - если система представлялась нацистам более надежной, чем тайники на суше, то откуда же тогда взялся цилиндр, найденный Гилбертом? Вероятнее всего, что в результате какой-то неполадки в системе цилиндр просто-напросто оторвался от нее, и не удерживаемый на дне многотонным грузилом, всплыл на поверхность моря. Из этого следует, что система все же не так надежна, как можно было бы себе представить... Однако это все сомнения частного порядка, в главном же можно быть уверенным наверняка - перед окончанием войны нацисты сделали все возможное, чтобы запрятать большую часть драгоценностей (а возможно и секретных документов) в глубинах моря. О сохранении тайны они тоже позаботились должным образом.

И вот теперь настало время извлечь на свет Божий следующий документ. Перед вами строки из мемуаров прославленного капитана Мервилла Гранта, который в описываемые времена командовал британским легким крейсером “Бруней”.

 

“...15 апреля 1945 года, - пишет Грант в своих записках, - мне поступил приказ выйти из порта Фритаун в Западной Африке и направиться в квадрат “Зет” - пустынный участок Атлантического океана между Французской Вест-Индией и островами Зеленого Мыса. По сообщению, полученному от пилота патрульной летающей лодки, в этом квадрате находился фашистский транспорт- “прорыватель блокады” (С*.) “Эриадна”. Инструкции командующего предписывали захватить “Эриадну”, а при сопротивлении - уничтожить.

Через некоторое время мы вышли в заданный район и быстро обнаружили фашистский корабль с помощью бортового самолета-разведчика. Однако это была не “Эриадна”, а совершенно другой корабль - “Nautilus”, числившийся в германском флоте как минный транспорт. Зенитным огнем с “Nautilus” наш самолет был сбит, впрочем, летчики спаслись, и после окончания операции их благополучно подняли на борт крейсера. Немцы сначала попытались от нас удрать, но быстро поняли, что сделать этого им не удастся, сдаваться тем не менее они не собирались. Раньше я никогда не сталкивался со столь бессмысленным и упорным сопротивлением - на “Nautilus” пушек было раз в пять меньше, да и калибр их был мелковат по сравнению с нашим. Однако немцы стреляли с таким поразительным упорством, будто всерьез намеревались отбиться от бронированного крейсера. Впрочем, их снаряды до нас не долетали, а мы быстро добились попадания в машинное отделение, и фашистский корабль окутался большим облаком пара и дыма. Немцы принялись спускать шлюпки, но белого флага не поднимали, и я решил, что они намерены затопить свое судно. Огонь с “Nautilus” прекратился, и я дал приказ готовить к спуску быстроходный катер с группой захвата. К тому времени пар и дым рассеялись, а шлюпки с немецкими моряками были уже далеко.

...Прошло минут 20, и наша группа наконец поднялась на подбитый корабль. Внезапно “Nautilus” вздрогнул, и стал медленно крениться на правый борт - наверняка немцы перед отступлением открыли кингстоны именно с этой стороны. Я по радио приказал старшему офицеру, отправившемуся на катере, поторопиться с обследованием трюмов. Через несколько минут крен достиг того предела, когда пребывание людей на борту становилось слишком опасным. Группа захвата покинула тонущий “Nautilus”...

Однако никаких документов на борту транспорта обнаружить не удалось, впрочем, я и не надеялся на это. Немцы никогда не оставляли нам какие-либо документы, если у них была хоть минимальная возможность уничтожить их. Старший офицер по прибытии доложил мне, что в трюмах не обнаружил ничего особенного, кроме стальных минрепов невероятной длины, свернутых в гигантские бухты, а также нескольких пустотелых цилиндров неизвестного предназначения. Когда “Nautilus” затонул, мы долго искали своих сбитых пилотов, а когда отправились подбирать немцев, то было уже слишком поздно. Неожиданно задул шквальный ветер и разогнал шлюпки с немцами по всему океану. Быстро темнело, и до того момента, как шторм превратился в ураган, нам удалось спасти только пятерых матросов во главе с капитаном корабля. На все расспросы относительно курса и предназначения их судна моряки “Nautilus” твердили, что им был дан приказ прорываться в Аргентину и там сдаться. Но я понимал, что дело вовсе не так просто, как хотят представить мне его эти хитрецы. Из пленных я отобрал одного, на мой взгляд наименее крепкого в психологическом плане моряка, и решил на него поднажать.

В конце концов матрос признался, что прорыватель выполнял ответственное задание, полученное его капитаном лично от одного из главарей задыхающегося в тисках жесткой блокады рейха. В суть задания он посвящен не был, но, по его мнению, судно занималось постановкой глубоководных мин у берегов Южной Америки на путях танкеров, перевозящих нефть из Венесуэлы в США, а в квадрат “Зет” пришло для очередного сеанса связи с Берлином.

Я подверг критике эту явно смехотворную версию, но моряк упорно стоял на своем. Тогда я решил еще раз допросить капитана, имея на руках новые данные.

Но я опоздал. Немец, видно, что-то заподозрил, и потому, когда его вели из корабельного карцера на допрос, выхватил у сопровождавшего его офицера пистолет и застрелился. Я был очень раздосадован таким поворотом дела, но поделать тут ничего было нельзя. Я набросился на остальных немцев с угрозами, но они упорно ничего не хотели говорить... Они твердили только, что являлись членами машинной команды, и потому не видели, что делается на палубах, а распространение слухов и сплетен на “Nautilus” пресекалось самым жестоким образом - для этого на корабле существовала тайная служба безопасности. Конечно, мне очень хотелось раскрыть тайну “Nautilus”, но она оказалась мне не по зубам. В конце концов я плюнул на эту затею с допросами пленных и свободно вздохнул, когда сдал их с рук в руки военным властям Фритауна...”

 

Вот так. Кто интересуется источником этих сведений, можем сообщить, что мемуары капитана Мервилла Гранта называются “В сиянии славы”, и вышли они в издательстве “Коэн и Стингрей” в 1965 году в Лондоне. На русский язык книга пока не переводилась, но самое главное в колнце концов заключается в том, что благодаря информации, причерпнутой из этой книжки, можно окончательно убедиться в том, что немцы в конце войны и на самом деле “минировали” всю Атлантику - от Гренландии и до самой Антарктиды - этими цилиндрами с запрятанными в них сокровищами. По чьему именно приказу это производилось - уже совсем другой вопрос. Главное, что ПРОЦЕСС ШЁЛ.

В живых, похоже, в настоящее время, похоже, не осталось ни одного из заправил Третьего Рейха, а в мемуарах, которые оставили после себя некоторые из этих людей, не содержится и намека на запрятанные ими на океанском дне сокровища. Прошло более полувека с момента проведения операции, на которой “застукали” минный транспорт “Nautilus”, но кроме счастливой находки Ровена Гилберта больше ничего не свидетельствует о том, что сокровища по-прежнему ожидают тех, кто за ними когда-нибудь придет. Если их не извлек в свое время тот, кто их спрятал, то где, спрашивается, гарантия, что автоматические буи до сих пор исправны и обладают способностью ответить на “призывы” поискового прибора, следов которого тоже так и не удалось отыскать?

Опубликованные в разных журналах материалы позволяют надеяться на то, что откликнется еще кто-то, кто поможет разыскать такую необходимую в этом деле зацепку. Где разгадка тайны? Где отыскать поисковый прибор, описанный немецким подводником Гельмутом Фразе? Не мог же он сам, или по крайней мере его чертежи исчезнуть бесследно? Раз нашлись после войны и цилиндры, и многокилометровые минрепы с грузилами, и даже часть сокровищ, то должны же наконец отыскаться и эти загадочные штуки. Обязательно. Рано или поздно. И если в один прекрасный день жаждущим созерцать вновь утерянную когда-то красоту, взглядам миллионов людей на нашей планете откроется величественное и неповторимое очарование самой что ни на есть настоящей Янтарной Комнаты в своем что ни на есть натуральном виде, то можно считать, что вопрос с тайными захоронениями нацистских кладов на дне океанов был поднят не зря.

Конец

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Минреп - трос для удержания морской якорной мины на определенном расстоянии (углубления) от поверхности воды.

 

 


В СОКРОВИЩА ТРЕТЬЕГО РЕЙХА

В ТАЙНЫ СОКРОВИЩ

В ЭНЦИКЛОПЕДИЮ

В КАРТУ САЙТА


ЗАГАДКИ И ТАЙНЫ ХХ ВЕКА