THE X-FILES

АЛЕКСАНДР БИРЮК

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО 

*******************************************************

 

Книга Первая

ПО СЛЕДАМ НЕНАЙДЕННЫХ СОКРОВИЩ

 

Глава 12

НЕМНОГО КАРТОГРАФИИ

 

...Несмотря на громкие успехи некоторых счастливчиков, ставших обладателями поистине несметных богатств, поиски кладов - дело тяжелое и крайне неблагодарное. Каждый год сотни и тысячи мечтающих разбогатеть простаков и авантюристов со всего света натягивают на себя акваланги и, руководствуясь картами, приобретенными порою за большие деньги и составленными, по большей части неизвестно кем и когда, погружаются в воды Мирового океана. Кое-кому удается отыскать в морском песке несколько медных, серебряных и даже золотых монет, однако зачастую удача оказывается не на стороне таких “кладоискателей”, потому что, как правило, все приобретенные ими “старинные пиратские карты” не имеют с заявленными на них оригиналами ничего общего. Это говорит о том, что ловкие мошенники от “кладоискательского промысла”, хорошо изучив психологию жаждущих поскорей обогатиться обывателей, получает от продажи собственноручно изготовленных с применением самых современных полиграфических средств фальшивок весьма солидные барыши. Бывает, что на их крючок попадаются и опытные кладоискатели, и даже знаменитые ученые-археологи. Не одна отлично подготовленная экспедиция, на организацию которой были затрачены большие средства, заканчивалась неудачей только потому, что в руки ученых попадала приобретенная по случаю липовая карта или сфабрикованный документ.

Однако истории известны счастливые исключения из этого правила. Считается, что первым профессиональным кладоискателем (В современном понимании этого слова) являлся некий Уильям Фиппс, уроженец североамериканского города Бостон, административного центра британской колонии Массачусетс. “Перевоплощение” Фиппса началось в 1683 году, когда ему исполнилось тридцать лет. Он работал плотником на королевской судостроительной верфи, и был вполне доволен своей судьбой. Фиппс зарабатывал приличные деньги, его ценило и уважало руководство верфи, доверяя самую сложную и ответственную работу, но как-то раз за кружкой пива в припортовой таверне Фиппсу довелось познакомиться с каким-то матросом, этаким морским волком, которых в Бостоне во все времена было пруд пруди. Однако, в отличие от многих других, подобных себе, этот матрос обладал некоей тайной, и эта тайна касалась затонувшего в 1641 году у Багамских островов испанского галеона “Санто-Доминго”, на борту которого в момент крушения находился большой груз золота. Рассказ бывалого моряка, обладавшего к тому же редким даром красноречия, произвел на Фиппса настолько сильное впечатление, что в течение какого-нибудь часа буквально перевернули всю его жизнь. Ни о чем другом, кроме как о сокровищах с “Санто-Доминго”, с этой минуты королевский плотник думать больше не мог...

Через несколько недель напряженных раздумий Фиппс отправился в квартал, где проживали матросы и всякие “отставные” пираты, и быстро завел в этой среде нужные знакомства. Прошло совсем немного времени, и Фиппсу удалось получить дополнительные сведения относительно интересующего его дела, и даже более того - ему посчастливилось купить у одного из новоиспеченных приятелей карту, на которой якобы было обозначено место гибели “Санто-Доминго”, и даже кое-какие записки, в которых шла речь о трагической гибели этого галеона. Однако, к несчастью для Фиппса, он был абсолютно неграмотным, и для того, чтобы самому разобраться с полученными документами, не привлекая излишнего внимания возможных конкурентов, целеустремленный плотник начинает самостоятельно обучаться грамоте. Образование дается ему с трудом, но Фиппс не отчаивается, и через какой-нибудь год наш герой уже вполне сносно может читать и писать. Попутно он буквально по крупицам собирает все сведения, имеющие хоть какое-нибудь отношение к гибели “Санто-Доминго”, для чего ему пришлось объездить немалую часть Новой Англии. И вот наконец, когда таких сведений у него собралось достаточное количество, чтобы все сомнения относительно реальности клада отпали, Фиппс начинает готовиться к задуманному им путешествию.

...В 1684 году плотник расстается наконец со своими сбережениями, купив место на корабле “Канвершир”, отправляющемся за океан, в Англию, и вскоре он появляется на улицах Лондона. Пообтесавшись немного среди образованной публики английской столицы, Фиппс купил шикарный костюм и принялся добиваться аудиенции не у кого-нибудь, а у самого английского короля Карла II. Это ему с его проектом удалось без труда, так как Карл II, озабоченный устранением опустошительных последствий посетивших его королевство незадолго до этого чумы, а также пожара, спалившего Лондон дотла, принимал от своих подданных любые предложения, которые могли бы хоть в какой-то степени пополнить государственную казну. Допущенный к королю экс-плотник проявил всё своё красноречие, пытаясь увлечь своим замечательным проектом короля. И конечно же, это ему удается.

Заинтересованный в быстрой прибыли Карл II как нельзя лучше понял суть дела, и тотчас поручил адмиралтейству снарядить к Багамам экспедицию. Фиппс становится начальником новообразованной экспедиции, и под его командованием оказывается прекрасный корабль - бывший французский фрегат “Алжирская Роза”, выделенный из мощной эскадры, которая должна была отправиться на Ямайку в помощь знаменитому королевскому корсару Генри Моргану против испанского “Золотого флота”...

Первая экспедиция Фиппса, однако, закончилась неудачей, причем провал был полным. Отыскать затонувший галеон, руководствуясь полученными ранее сведениями, Фиппс не смог, а когда на его корабле закончились запасы еды и участились болезни среди матросов, команда “Алжирской Розы” взбунтовалась, задумав захватить фрегат и отправиться на флибустьерский промысел к берегам Гаити самостоятельно.

Однако и бывший королевский плотник был парень не промах, с помощью нескольких оставшихся ему верных людей он, хоть и с трудом, но все же смог подавить мятеж, продемонстрировав таким образом, что у него имеется не только богатое воображение, но также твердый характер и крепкие кулаки. Высадив зачинщиков бунта на остров Барбуда, расположенный в океане неподалеку от Гаити, Фиппсу ничего больше не оставалось делать, как возвращаться в Англию ни с чем, чтобы попытаться уговорить короля организовать новую экспедицию.

Однако за то время, пока “Алжирская Роза” безуспешно обследовала Багамские острова, в Англии произошли большие перемены. Покровитель Фиппса, король Карл II умер, и его место на английском престоле занял Яков II. Новый король не проявил к затее плотника должного внимания и наотрез отказался финансировать дальнейшие поиски “Санто-Доминго”, посчитав их несостоятельными. Однако Фиппс и не собирался отступать так просто. Сокровища испанского галеона сделались целью всей его жизни, и потому он решает обратиться к частным компаниям, намереваясь заинтересовать их размерами покоящегося на дне моря богатства. В конце концов ему удается заключить контракт с так называемой “Компанией джентльменов - искателей приключений” - сугубо коммерческой, несмотря на удивительное название, организацией, устраивавшей для богатых лондонцев шумные аттракционы и морские прогулки на отдаленные острова Северного и Норвежского морей. Руководство “Компании джентльменов”, внимательно выслушав предложение Фиппса и рассмотрев предоставленные им документы, нашло его настолько привлекательным, что выделило соискателю для организации в Вест-Индию полторы тысячи фунтов стерлингов - сумму по тем времена достаточную, чтобы содержать небольшую эскадру в течении года, а то и двух.

Весной 1686 года Фиппс снова отправляется на Багамы. На этот раз он имеет в своем распоряжении две шхуны - “Мэри Уильямс” и “Куско Генри”, а также более надежный экипаж. Прибыв в Нассау, Фиппс нанимает на службу опытного багамского лоцмана Джона Смита, бывшего пирата и каторжника, заслужившего прощение английского короля благодаря спасению фрегата “Мальборо” во время страшного шторма в 1682 году у берегов Новой Англии. Безуспешные поиски места погребения “Санто-Доминго” длились больше года, и на этот раз увенчались успехом. Впрочем, существует легенда, что Фиппсу помог счастливый случай, и это произошло как раз в тот момент, когда он, разочарованный сплошными неудачами, собрал в каюте всех офицеров экспедиции с намерением сообщить им о прекращении поисков. В тот день на море якобы был шторм, корабли сильно раскачивало, и когда Фиппс заканчивал свою речь перед моряками, из-под стола выкатился какой-то камень, подобранный на морском дне одним из ныряльщиков. В раздражении Фиппс стукнул по камню ногой, и тот вдруг раскололся, обнажив взору ошеломленных моряков свое удивительное нутро. Камень на самом деле был не камень, а кусок коралла, заключавший себе шкатулку, доверху наполненную золотыми монетами с “Санто-Доминго”...

Дальше все выглядело примерно так:

“...После того, как все присутствующие увидели эти монеты, - записал Джон Смит в своем дневнике, - было решено немедля после окончания волнения на море обшарить то место, где была найдена шкатулка. К счастью, индеец-ныряльщик хорошо запомнил, где нашел свой “коралл”. После нескольких спусков под воду он вынырнул с покрытым коралловыми наростами слитком серебра в руке. Воспрянувший духом Фиппс приказал немедленно соорудить водолазный колокол... Когда колокол был готов, он первым спустился в нем на морское дно. То, что он там увидел, по его словам превзошло даже самые смелые его ожидания! Затонувшее судно было буквально набито драгоценностями! По словам Фиппса, они прямо выпирали из всех щелей...

На следующий день началась напряженная, скорее даже лихорадочная работа. Она продолжалась с раннего утра и до самого позднего вечера ежедневно. Мы спешили. Фиппс боялся, как бы о находке не пронюхали пираты, которыми прямо-таки кишели окрестные воды, и потому постоянно всех торопил. Но мы и без того валились с ног”.

Финал этой истории можно назвать потрясающим. За три месяца было поднято золота, серебра и ящиков с золотыми и серебряными монетами общим весом 26 тонн. Все это оценивалось в триста тысяч фунтов стерлингов (по нынешнему курсу это составит почти триста миллионов долларов, а учитывая художественную и музейную ценность найденных предметов - то и весь миллиард).

...В сентябре 1687 года “Мери Уильямс” с драгоценным грузом вернулась в Лондон. Англичане, потрясенные умопомрачительным успехом удачливых охотников за сокровищами, устроили им шумную встречу. Король, который не так давно и слушать не хотел Фиппса, и которому наряду с “Компанией искателей приключений” доставалась львиная доля сокровищ, на радостях возвел вчерашнего плотника в рыцарское звание и назначил его губернатором Массачусетса, а заодно генерал-губернатором Мэна и Новой Шотландии. Кроме того, Фиппс получил за свои труды вознаграждение в размере 25 тысяч фунтов стерлингов. Поистине королевская щедрость по отношению к хоть необычному, но всё же простолюдину ! Правду говорят, что сокровища не признают кастовых различий.

Небывалая удача Фиппса положила начало не прекращающейся и по сей день подводной золотой лихорадке. На поиски затонувших испанских галеонов с золотом и драгоценностями к берегам Америки ринулись сотни и тысячи англичан - любителей легкой наживы. За ними последовали французы, голландцы, итальянцы и просто личности без роду без племени, жаждущие сказочно, или не очень - но разбогатеть. Начались спешные поиски старых испанских морских карт. Доходило до того, что искатели подводных сокровищ заводили знакомства с самыми настоящими пиратами, которые в те времена прямо-таки наводнили всё Карибское море и Мексиканский залив, предлагая им оружие и снаряжение в обмен на морские карты, на которых с более-менее удовлетворительной точностью были бы обозначены места гибели галеонов испанского “Золотого флота”, перевозившего в Испанию награбленные в американских колониях драгоценности. Однако долгое время о крупных находках не было никаких известий, и только начиная с середины XVIII века в прессе тех лет замелькали имена таких удачливых кладоискателей, как англичанин Джон Летбридж, изобревший знаменитую “ныряльную машину” для подъема сокровищ, а также французы Артур Басс и Роберт Буви... Все эти исследователи, так же как и Фиппс, в своих поисках руководствовались исключительно приобретенными у неизвестных лиц картами. А сегодня даже начинающий охотник за сокровищами понимает, что искать подводные клады вслепую - занятие глубоко безнадежное. Порой ради такой карты иной кладоискатель готов выложить свои последние сбережения. Разве можно скупиться, когда, по словам владельца карты, впереди тебя ждут несметные богатства? Тем более, что карта самая что ни на есть настоящая, составленная давным-давно самим Генри Морганом или даже капитаном Киддом? Словом, ловкие мошенники от картографии, хорошо изучив психологию жаждущих поскорее обогатиться обывателей, получают от продажи своих более чем сомнительных карт солидные барыши.

...Ярким примером “картёжной лихорадки” может служить история некоего Маколея Брокса из американского города Джексонвилл во Флориде. Брокс работал простым коммивояжером, и очень часто ему приходилось продавать всевозможные книги и школьные учебники. Как-то раз ему на глаза попался роман некоего Питера Вассермана под названием “Флибустьеры Карибского моря”, где рассказывалось о кровавых похождениях не знающих жалости “джентльменах удачи” прошлых веков. Книга была прямо-таки перенасыщена сведениями о зарытых на пустынных берегах либо утонувших в море награбленных сокровищах, и в голову не лишенного воображения коммивояжера неожиданно пришла удачная мысль: а нельзя ли и себе поживиться за счет сомнительных пиратских кладов и затонувших испанских галеонов “Золотого флота”?

Американцы вообще народ предприимчивый, и если вобьют себе что-либо в голову, то никакие финансовые препоны не смогут им помешать добиться заветной цели. Так вышло и с Броксом.

Заняв у родственников жены необходимую для задуманного сумму, Брокс тут же засел за работу. А через некоторое время на прилавках книжных магазинов Флориды, Джорджии и Алабамы появляется большим тиражом добротно сделанная цветная карта с названием, которое способно взбудоражить фантазию и заставить затрепыхаться сердце самого закоренелого скептика:

Подлинная карта пиратских сокровищ,

потерянных или спрятанных на земле и в водах

Флориды

и прилегающих к ней окрестностях.

 

Стоила эта карта всего лишь один доллар - сущий пустяк в сравнении с тем, что обещал доверчивому покупателю автор статьи, предваряющей карту. “ВСЕГО ОДИН ДОЛЛАР - и вы станете хозяином несметных сокровищ пирата Уильяма Роджерса, больше известного под кличкой Билл Кривые ноги, или завладеете кладом в виде золотых слитков и испанских дублонов другого не менее известного пирата Джона Рокхома, кончившего свои земные дела на виселице в порту Ройял... И уж наверняка вы отыщете богатейшие клады, зарытые и потерянные Чёрным Цезарем Гаспариллой и другими знаменитыми пиратами, а также более честными людьми, которые оставили в наших краях поистине несметные сокровища, оцененные ныне в 4 000 000 000 долларов!”

Цифра денежного “выигрыша”, фигурировавшая в лихо составленном проспекте карты била, что называется, не в бровь, а в глаз. И особенно - кладоискателей-новичков. Продавцы едва успевали отпускать покупателям карты, а в карманы предприимчивого коммивояжера ручьём потекли доллары.

Вот так, даже не замочив ног, Брокс нашел клад, который разве что во сне мог присниться множеству кладоискателей, которые не по одному месяцу, а многие годы тщетно шныряют по морскому дну или роют землю на отдаленных островах. Тираж чудо-карты составил более трех миллионов экземпляров, и потому можно весьма спокойно предположить, что смена профессии пошла экс-коммивояжеру только на пользу... Однако Брокса мошенником считать никак нельзя, потому что его липовая карта вовсе не какая-нибудь банальная фальшивка, рожденная буйной фантазией своего составителя. Все сведения для своего бессмертного произведения Брокс причерпнул из исторических хроник и книг, и придраться тут особенно не к чему. Но и пытаться найти хоть какой-нибудь клад, пользуясь этой картой, дело тоже безнадежное. Представьте себе карту полуострова Флорида размером с газетный лист, а на этой карте - крестик, обозначающий место погребенного под землей или под водой клада. Это только на первый взгляд (да и то непосвященному) может показаться, что крестик очень маленький, с необыкновенной и даже ювелирной точностью указывающий место, где охотника за кладами ждут - не дождутся - потрясающие сокровища. На самом же деле это далеко не так: занимаемая этим крестиком площадь равна иногда нескольким квадратным милям площади на море или на суше. Вот и попробуй отыскать этот клад с помощью такой карты!

Однако вскоре у Брокса появился серьёзный конкурент. Этот конкурент развернул производство подобного рода карт с истинно американским размахом, и в очень короткий срок оставил своего предшественника далеко позади себя. Этим человеком был некий Кирилл Гудолл.

В 1991 году этот мало кому известный кинорежиссер из Голливуда, подробно изучив удачный проект Маколея Брокса, основал в Нью-Йорке так называемую “Поисковую Ассоциацию”, и в том же году ускоренным темпом издал внушительный труд под весьма интригующим воображение не только обывателя названием “АТЛАС СОКРОВИЩ”, который состоял из 237 карт и охватывал, в отличие от жалкого произведения Брокса, весь земной шар. “Атлас” начинался прямым обращением самого Гудолла ко всем будущим счастливым обладателям несметных сокровищ, которые пока еще хранятся на дне морском:

“Вы тоже мечтаете найти клад?

Пожалуйста!

Но прежде всего вы должны иметь КАРТЫ.

САМЫЕ ЛУЧШИЕ В МИРЕ КАРТЫ СОКРОВИЩ!

Купите “Атлас Сокровищ”, и вы тотчас станете хозяевами информации о местонахождении 5674 затонувших кораблей с кладами.

Любой из них может быть ВАШ!

Возможно, одна из карт окажется для вас счастливой.

Только всего 15 долларов - рискните!”

Далее, чтобы рассеять всякие сомнения будущих кладоискателей в достоверности приведенных в атласе сведений, Гудолл продолжает: “В моем распоряжении были записи, хранящиеся в Библиотеке Конгресса США, в Национальном архиве, в Управлении береговой охраны США, в Бюро погоды Канадского департамента торговли и транспорта, а также соответствующих служб многих и многих других стран...”

К этому всему только остается добавить, что на сбор материала для своего “Атласа Сокровищ” Гудолл потратил более десяти лет, о чем он также не преминул поведать покупателям в предваряющем труд сочинении. Гудолл вовсе не дурачит новоявленных кладоискателей псевдоромантическими атрибутами - на его картах начисто отсутствуют витиеватые картинки, изображающие всякого рода розы ветров, черепа со скрещенными костями и абордажными саблями, старинные галеоны и бриги, устрашающие своим безобразием морские чудища... “Атлас” состоит из самых что ни на есть современных планов, да еще снабженных грифом, указывающим, что они составлены не какой-то там “шарашкиной конторой”, а самым что ни на есть авторитетным Гидрографическим управлением военно-морского флота США...

Всё это, вместе взятое: лихо сочиненное предисловие, сулящее заманчивые перспективы, отсутствие всякой рисованной мишуры, простые, современные карты - это было рассчитано на то, чтобы вызвать доверие и у более разборчивого покупателя. А этот прием удался Гудоллу как нельзя лучше - “Атлас Сокровищ” сразу же привлек внимание как жаждущего разбогатеть любыми средствами, но крайне подозрительного к любому мошенничеству обывателя, так и мечтающего о незабываемых приключениях наивного романтика. Поэтому неудивительно, что едва появившись на прилавках магазинов, “Атлас” тут же стал библиографической (или картографической?) редкостью.

...Но не прошло и года, как в свет вышло второе издание “Атласа Сокровищ” Гудолла. На этот раз количество заветных кружочков и крестиков, обозначающих места гибели кораблей, которые перевозили золото и бриллианты, было увеличено до 7500. И это издание тоже ненадолго залежалось на книжных прилавках. В 1994 году, невзирая на увеличившуюся до тридцати пяти долларов стоимость фолианта, его пришлось переиздать снова.

И вот за то самое время, пока атлас год за годом переиздавался, приводя в трепет желающую разбогатеть публику, почти не появилось сообщений о том, что какой-то счастливчик с помощью этого пухлого исследования сумел найти хоть несколько завалящих монет (кроме одного-единственного случая, речь о котором впереди). Причина все та же, что и в случае с картой Маколея Брокса - слишком уж приблизительно обозначены на схемах Гудолла местонахождения кладов. Да и координаты их приводятся лишь с точностью до минут. Секунды отсутствуют. Их место на картах занимают нули. А ведь площадь такого “одноминутного” морского квадрата это не что иное, как квадратная миля, то есть участок размером 1.85х1.85 километра. И не просто участок, а участок МОРСКОГО ДНА. Вот попробуй-ка и сыщи на такой площади клад. Тем более что этот клад погребен порой под многометровым слоем воды и песка или кораллов, а что еще хуже (и значительно чаще) - всепоглощающего морского ила. Работы в таких условиях не под силу даже солидной, хорошо оснащенной поисковой экспедиции. О кладоискателях-новичках, на которых прежде всего рассчитан атлас, и говорить не приходится...

Таким образом можно с полной уверенностью говорить о том, что “Атлас сокровищ” Кирилла Гудолла - такая же самая липа, как и продукция многих известных и безвестных мошенников рангом поменьше, специализирующихся на изготовлении “пиратских карт”. Разница лишь в том, что карты Гудолла - это липа высшего класса.

Впрочем, самого Гудолла такие мелочи смущают менее всего. Единственно, что его по-настоящему волнует и интересует, так это прибыль, ради которого этот “Атлас” и создавался. Чтобы увеличить прибыль, предприимчивый “картограф” принялся за расширение и модернизацию своего основного детища - “Поисковой Ассоциации”, идея создания которого родилась в голове Гудолла в тот самый момент, когда “Атлас” стал приносить дивиденды. Очень скоро эта организация превратилась в мощное предприятие, располагающее на данный момент десятками больших и малых кораблей, приспособленных для поисковых и подъёмных работ, подводными роботами и множеством самых разнообразных электронных приборов, облегчающих поиск клада. Все это любой кладоискатель может взять у “Ассоциации” напрокат, при условии, разумеется, если у этого кладоискателя водятся деньги. Инструкторы организации Гудолла за несколько дней берутся обучить обращению с аквалангом и умению нырять за золотом. Многочисленные эксперты дают инструкции как разбить кладоискательский лагерь в джунглях или на прибрежных скалах, а за несколько долларов расшифровывают “пиратские грамоты”...

Несколько лет назад, однако, Гудоллу немного не повезло. Репутации его фирмы был нанесен болезненный удар, но прожженный делец сделал все, чтобы, как говорится, “локализовать пожар”, и потому пресса не особенно уделила внимания тому событию, которое произошло 3 мая 1998 года. В тот день французский ученый Поль Вишбон, совершавший одиночное плавание через Атлантику на своей яхте “Каролина”, выловил в море обросший водорослями медный бочонок, в котором при исследовании его внутренностей обнаружилось письмо, датированное 1692 годом. В пропитанном смолой коконе, извлеченном из бочонка, находился истлевший лист бумаги - послание моряков испанского галеона “Канстелос”, который потерпел крушение у берегов острова Басада (из группы Азорских). До сих пор считалось, что “Констелос” погиб совсем в другом месте - где-то в Мексиканском заливе, и в “Атласе Сокровищ” Гудолла его местоположение зафиксировано на шельфе острова Гриангуло-Оэсте, принадлежащем ныне Мексике. В трюмах галеона, согласно хроникам, сохранившимся в архивах Национальной библиотеки Панамы, на момент выхода корабля из порта Веракрус находилось около тридцати тонн золота и множество сундуков с другими драгоценностями. Понятно, что установление точных координат места гибели испанского галеона неблагоприятно сказалось на распространении “Атласа Сокровищ”, и хотя Гудолл поспешил заявить, что найденный в океане бочонок - всего лишь искусно выполненная беспринципными конкурентами подделка, это ему в общем-то не помогло. Не прошло и месяца с момента находки, как на остров Басада ринулось целое сонмище любителей легкой наживы, вооруженных самым современным поисковым снаряжением.

Басада - маленький каменистый клочок суши, один из крайних в Азорской гряде, и очень долгое время он был необитаем. Только к началу нашего столетия он стал более-менее регулярно посещаться рыбаками с соседних островов, и в 1903 году на его негостеприимных берегах возникло первое рыбацкое поселение Нову-Транкоза - в наше время число постоянных его обитателей едва перевалило за пять сотен человек. Новоявленные кладоискатели обшарили почти весь остров и дно моря вокруг него, но все было бестолку, пока за дело не взялся Билл Хопкинс, археолог из Манчестерского университета в Великобритании, соратник знаменитого исследователя бельгийца Робера Стеньюи. Хопкинс - опытный специалист, его “перу” принадлежат многие поразительные открытия, и потому в успехе ни он, ни множество его последователей нисколько не сомневались. Археолог произвел все необходимые расчеты и начал поиски с детального опроса местного населения.

В результате этого опроса Хопкинс узнал, что первые поселенцы, “кинувшие якорь” на Басаде, в свое время обнаружили на северном берегу острова останки каких-то древних мореплавателей, судя по сохранившимся остаткам истлевшей одежды это были испанцы. Португальцы предали выбеленные временем кости земле в том месте, где позже было образовано кладбище. Местное кладбище располагается прямо за околицей Нову-Транкозы, и Хопкинс понял, что галеон следует искать где-то неподалеку. Попутно он изучил геологию Басада, и выяснил, что современный поселок вырос на берегу бухты, рожденной массивным оползнем, произошедшим не более двух столетий назад в результате натиска штормовых волн. Сопоставив полученные данные, ученый пришел к выводу, что остатки галеона покоятся не в море, а... на суше!

Открытие не заставило себя долго ждать - пропавший галеон обнаружился как раз на месте дамбы, созданной природой, а затем укрепленной человеком, для которой и послужил своеобразным основанием еще с тех времен, как на острове появились первые поселенцы.

Дамбу, конечно, пришлось разрушить, но это было сущим пустяком в сравнении с тем, ЧТО Хопкинс обнаружил в трюме галеона. Старинные испанские хроники врали - “Канстелос” перевозил не тридцать тонн золота, а все сто. К тому же из внутренностей корабля кроме золота были извлечены несколько тонн отборнейших изумрудов и бесчисленное количество сундуков, набитых редкими монетами и мешочками с прекраснейшим жемчугом, среди которого обнаружилось немалое количество ценнейшего чёрного... Все это богатство было оценено ровно в миллиард долларов, и во мгновение ока Билл Хопкинс стал одним из самых признанных авторитетов кладоискательской науки.

...Справедливости ради нужно отметить, что “Атлас Сокровищ” Гудолла приносил его почитателям не одни только разочарования. Известен случай, когда некий Перри Гриффитс, бухгалтер из калифорнийского Окленда, купив творение “крёстного отца кладоискателей” и самым тщательным образом изучив его, отправился во Флориду с твердым намерением добыть сокровища еще одного “золотого галеона” “Эль-Косумель”, потерпевшего крушение в 1672 году в бухте Сан-Карлос. Жители городка Форт-Майерс, расположенного неподалеку от этой бухты, прекрасно знали о том, что на борту “Эль-Косумель” находилось много золота и прочих драгоценностей, но всерьёз за его поиски никто никогда не брался, потому что считалось, что галеон затонул совсем в другом месте. Были, правда, попытки отыскать останки этого корабля в бухте Сан-Карлос, однако они успехом не увенчались, потому что велись ныряльщиками-любителями и на скорую руку, и кое-кто из государственных чиновников полагал, что такого галеона на самом деле никогда не существовало.

Организованная Гриффитсом компания получила название “Пирл-Блаунт”. Здесь надо заметить, что неверие флоридских властей в успех задуманного кладоискателем дела сыграло Гриффитсу только на руку: ему без особого труда удалось заполучить документ, согласно которому все предметы, поднятые со дна моря водолазами компании, становились его личной собственностью.

...Поиски начались в 1996 году. В течение целых трех месяцев аквалангисты Гриффитса - а он нанял их целых два десятка - метр за метром обследовали около пяти тысяч миль морского дна. Через каждые триста метров на акватории поисков были поставлены на якорях специальные навигационные буи, которые посылали радиосигналы, и ориентируясь по этим радиосигналам, аквалангисты могли с большой точностью определять под водой место, где они находятся. Сначала было найдено несколько небольших слитков серебра, да еще с десяток золотых мнет, разбросанных по выступам подводных скал, и это окончательно убедило Гриффитса в том, что он на верном пути. Было ясно, что “Эль-Косумель”, вопреки распространенному мнению, находится именно в этой бухте, и хотя он скрыт под толстым слоем песка, с которым под водой бороться не так-то просто, но сам факт его присутствия придавал исследователю необходимую уверенность в победе.

Однако поиски галеона затянулись, и не помогали даже приборы, способные обнаруживать металл, но все круто изменилось в один прекрасный день, когда помощник кладоискателя, инженер Клоудесли Баос, изобрел приспособление, названное им “бешеный подводный вентилятор”. Приспособление оказалось настолько же простым, насколько и эффективным. Выглядело оно так: на винты одного из катеров крепилась насадка в виде изогнутой к низу трубы большого диаметра, которая нижним своим концом достигала дна моря. Когда винты вращались, то вода, которую они гнали по трубам, в считанные минуты смывала со дна тонны и десятки тонн песка, выполняя таким образом работу, на которую раньше уходили недели и месяцы!

И вот, наконец, 25 сентября 1996 года стрелка магнитометра, опущенного в воду, указала, что под одним из песчаных холмов на глубине двадцати метров находится очень много металла, скорее всего, судя по характеру импульсов прибора - мягкое золото или серебро. Тотчас в ход было пущено изобретение инженера Баоса, и когда поднятая “бешеным подводным вентилятором” песчаная муть осела, под воду спустились опытные ныряльщики. После недолгого обследования изменившегося дна один из ныряльщиков увидел в отдалении какой-то тускло мерцавший в свете подводного фонаря предмет, и этим предметом, к немалому изумлению исследователей, оказалась тяжелая и длинная (59 метров) цепь. После этой находки драгоценности посыпались, что называется, сплошным потоком. За сравнительно короткое время на поверхность было поднято более девятисот тысяч самых различных предметов: 450 слитков золота, 1598 серебряных слитков, более полумиллиона золотых монет и около 90 тысяч изумрудов и алмазов, а также большое количество ювелирных изделий, имеющих очень большую художественную ценность. Кроме того, аквалангистами на морском дне было найдено пятьдесят бронзовых пушек - одну из них Гриффитс торжественно подарил нынешнему королю Испании Хуану Карлосу Первому. Затем среди чисто археологических находок большой научной ценности можно выделить поднятый со дна моря сундук с великолепно сохранившимися навигационными приборами (астролябия, компас, квадрант и прочее), принадлежавший некогда, по всей видимости, штурману корабля. Помимо прочего на отдельную баржу было перегружено очень много всяческого оружия и прочего ценного в историческом отношении морского снаряжения.

Приобретя “Атлас Сокровищ” Гудолла, Перри Гриффитс, таким образом, стал очень богатым человеком, а власти штата Флорида очень и очень пожалели о том, что так опрометчиво выдали этому человеку документ на монопольное владение всеми найденными им на морском дне сокровищами. Ведь только золота и серебра Гриффитсом было поднято на сумму немногим менее 400 миллионов долларов, и это не считая стоимости груды бриллиантов и прочего “барахла”, отправленного Гриффитсом в музеи и на аукционы. К слову сказать, что сразу же после опубликования результатов экспедиции Гриффитса, Кирилл Гудолл провел весьма шумную рекламную компанию, которая увеличила тираж его вновь переиздававшегося в тот момент детища в несколько раз...

Однако злые языки утверждают, что успех Гриффитса связывать именно с “Атласом Сокровищ” нельзя никоим образом, потому как исследователь в первую очередь руководствовался не творением американского “картографа”, а хорошо оплаченными услугами испанского историка Энрико Гортаса, которому в архиве Кадикса удалось обнаружить сильно подпорченные временем и сыростью записки некоего Нуньеса Мелиги, бывшего штурмана галеона “Эль-Косумель, и вот в этих-то записках и указывались точные координаты и обстоятельства крушения корабля. Так что ценность “Атласа Сокровищ” и до сих пор весьма сомнительна, а учитывая фиаско Гудолла с “Канстелосом”, об этом можно говорить наверняка...

Сейчас в мире существует несколько вполне респектабельных аукционов, занимающихся перепродажей старых пиратских, испанских и прочих карт, заверенных самыми компетентными специалистами и историками, гарантирующими их полную подлинность. Эти карты, как правило, стоят очень больших денег, и их приобретение под силу только очень состоятельным людям. Но товар этот, невзирая ни на что, пользуется вполне устойчивым спросом. Ведь не только жажда обогащения заставляет людей становиться кладоискателями - клады ищут не одни бедняки и “оборванцы”, надеющиеся в случае удачи поправить свои дела, и не только молодые бездельники, мечтающие разбогатеть, затратив на это минимум усилий. Очень часто приобретают карты и ищут по ним клады люди обеспеченные, совершенно не нуждающиеся в деньгах. Это далеко не безопасное занятие и привлекает их именно потому, что оно небезопасное, что ему присущи риск и романтика, что оно связано с приключениями, на каждом шагу поджидающими охотника за подводными и прочими сокровищами. Тут во многом “заслуга” таких замечательных писателей-романтиков, как Роберт Стивенсон, Фенимор Купер, Рафаэль Сабатини и других мастеров авантюрно-приключенческого жанра, чьи увлекательные произведения о пиратах, кладах и кладоискателях не могут оставить равнодушными самого, казалось бы, уравновешенного и благоразумного человека, зажигая в нем неугасимую жажду ПОИСКОВ и ПРИКЛЮЧЕНИЙ...

Конец


В ПО СЛЕДАМ НЕНАЙДЕННЫХ СОКРОВИЩ 

В СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО 

В ЭНЦИКЛОПЕДИЮ

THE X-FILES